Старообрядцы во второй половине XIX века составляли значительную часть населения Казани и Казанской губернии, составляя самое значительное религиозное меньшинство, после православных и мусульман. Вопрос об общей численности старообрядцев и их доле в населении является достаточно сложным. Дело в том, что официально в документах второй половины XIX века их называли «раскольниками». Не желая принимать такого обозначения, старообрядцы во время опросов и переписей называли себя православными, что, с их точки зрения, было правильным, потому что, как они считали, от истинного православия отступили именно сторонники господствующей церкви. Поэтому даже данные Всероссийской переписи населения 1897 года, считающиеся очень достоверными, дают явно преуменьшенную численность «раскольников» - 25 тыс. человек (0,9% населения), в Казани – 2,9 тыс. человек (1,4%), в Чистополе - 1,7 тыс. человек (0,8%). На самом деле, по приблизительным оценкам старообрядцев, в губернии было не менее 10%, в Казани - не менее 10%, а в Чистополе - втором по числу жителей и экономическому значению городе губернии – не менее 15-20%.
Как известно, старообрядцы делились на ряд «согласий», каждое из которых составляло, фактически, отдельную конфессию. В Казани и Чистополе были представлены следующие согласия:
1. Белокриницкая иерархия (ныне Русская православная старообрядческая церковь) – согласие, имевшее собственное духовенство и иерархию, возглавлявшееся митрополитом Белокриницким, жившим на территории Австрийской империи. С 1856 года Казань была центром Казанско-Вятской епархии Белокриницкой иерархии. В Казани старообрядцев этого согласия было много, а в Чистополе была лишь небольшая община.
2. Федосеевское, оно же старопоморское согласие, самое крупное в России согласие беспоповцев, не имевшее иерархии. Духовными руководителями федосеевских общин были «начётчики», знатоки Священного Писания, богослужений и церковного права. Официального руководства у федосеевцев не было, но большим авторитетом пользовалась община на Преображенском кладбище в Москве. Казань была вторым после Москвы центром федосеевцев. Большая община федосеевцев была и в Чистополе.
3. Новопоморское, оно же поморско-брачное согласие. От федосеевцев оно отличалось признанием таинства церковного брака (федосеевцы регистрировали браки только в государственных учреждениях) и большей лояльностью к светской власти. В Казани новопоморская община была небольшой, а в Чистополе – самой многочисленной и влиятельной.
Исторически сложилось, что верхушку старообрядческих общин составляло купечество. Во второй половине XVIII - первой половине XIX вв., при Екатерине II и Александре I, когда господствовала веротерпимость, и старообрядцы не подвергались преследованиям и дискриминации, купцы-старообрядцы в большинстве городов России, в том числе в Казани и Чистополе, заняли господствующее положение в оптовой торговле хлебом, сложилось множество очень состоятельных купеческих семей. Свою экономическую мощь старообрядческое купечество сохранило и в последующие, неблагоприятные для старообрядцев времена, а влияние купцов в религиозных общинах старообрядцев благодаря гонениям значительно укрепилось.
Во второй четверти XIX века. в царствование Николая I проводилась активная антистарообрядческая политика. Вновь принятые законы исходили из того, что «раскольники молятся по своим домам». Это означало, что старообрядческие общины не признавались юридическими лицами, не регистрировались, у них не могло быть никакой коллективной собственности, недвижимости, не могли они иметь общинных храмов, держать капитал в банках. Подобных ограничений в Российской империи не было ни для одного другого вероисповедания. При этом сами лица, принадлежавшие к старообрядческим согласиям, не подвергались дискриминации, имели право на любую деятельность. После смерти Николая I активная деятельность властей против старообрядцев прекратилась, но законодательство оставалось неизменным вплоть до объявления свободы вероисповедания в апреле 1905 года.
И догматы, и реальная жизнь требовали от старообрядцев объединения в общины. Реальными организаторами этих общин стали купцы. В своей усадьбе купец оборудовал храм (у поповцев) или молельню (у беспоповцев). Официально они считались домашними, что не запрещалось законами. Фактически же храмы и молельни были центрами старообрядческих приходов, их посещали все старообрядцы соответствующих согласий. Иногда для храма или молельни купец строил на своей земле отдельное здание, иногда они помещались в специально выделенных комнатах. Купец же брал на себя обязательство обеспечить молельную иконами, богослужебными книгами. Духовные лица и начетчики тоже жили на содержании у купцов, часто в той же усадьбе.
В Казани во второй половине XIX века действовали, по крайней мере, 4 молельни федосеевцев – в усадьбах купцов Фомина, Шамова, Оконишникова, Шашабрина. Молельню новопоморцев содержал купец Гребенщиков. В Чистополе молельня федосеевцев находилась в усадьбе купцов Челышевых, а новопоморцев – в доме купцов Шашиных. Кстати, обе этих молельни сохранились (ул. Нариманова, дома 56 и 44) и являются памятниками архитектуры, в бывшей молельне новопоморцев находится медицинское училище.
Часто купцы-старообрядцы объединяли свои усилия с целью помочь своим единоверцам. Так в Казани с середины XIX века храм старообрядцев Белокриницкой иерархии находился в самом центре города, на улице Большой Проломной (ныне Баумана). Официально дом принадлежал купцу Карпову, не являвшемуся старообрядцем. На самом деле, домом на паях владели несколько купцов-старообрядцев, имевших на руках векселя Карпова, которые они могли бы предъявить к оплате, если бы Карпов предъявил свои права на дом. В этом же доме жили двое старообрядческих священников, останавливался во время посещений Казани старообрядческий епископ Казанский и Вятский Пафнутий (Шикин).
Старообрядцы всегда надеялись на улучшение своего положения. Поэтому еще в 1884 году купцы, принадлежавшие к Белокриницкой иерархии, - Свешниковы, Володин, Барановы - приобрели в Казани участок земли, который не застраивали, предполагая в дальнейшем построить там настоящий храм. Это стало известно полиции, и купцам было предписано либо использовать участок под гражданское строительство, либо продать. 20 лет купцы-старообрядцы несколько раз якобы продавали участок друг другу и дождались в 1905 году. Уже через год здесь был построен Покровский храм, являющийся памятником архитектуры. В 1930-е гг. он был закрыт, а в 1990-е вновь передан старообрядцам.
Объявление свободы вероисповедания, в принципе, способствовало ослаблению влияния купечества в старообрядческих общинах. Теперь религиозные организации официально регистрировались, имели права юридических лиц, собственность, счета в банках. Таким образом, храмы и молельни, движимое имущество в зарегистрированных общинах принадлежали не купцам, а всей общине, даже если жертвователями и были купцы. Поэтому купечество по-разному отнеслось к вновь открывшимся возможностям. С одной стороны, купцы должны были позитивно воспринимать новые возможности религиозной жизни, с другой - не всем нравилось ограничение собственной роли в общинах. В Казани вновь построенный храм Белокриницкой иерархии и бывший дом Карпова стали собтвенностью зарегистрированной общины. Новопоморцы вместо молельни в доме Гребенщикова построили общий храм. Закрытый в 1930-е гг., он был в 1982 году передан старообрядцам другого согласия и сейчас является кафедральным собором Казанско-Вятской епархии Русской Православной старообрядческой церкви (бывшей Белокриницкой иерархии).
У казанских федосеевцев дела обстояли иначе. Из четырех общин в 1906 году была зарегистрирована только одна, располагавшаяся в доме Степана Емельяновича Шашабрина, здание молельни было передано в собственность общины. Три других общины так и не получили официального статуса, таким образом, все их имущество по-прежнему принадлежало купцам. В Чистополе обе общины, федосеевская и новопоморская, были зарегистрированы, но здания молельных домов остались в собственности Челышевых и Шашиных.
Таким образом, поддержание своих религиозных общин для купцов-старобрядцев было основной сферой благотворительной деятельности, причем и они сами, и их единоверцы рассматривали это не только как проявление доброй воли, но и как обязанность.
Но, разумеется, старообрядческие купцы занимались благотворительностью и в светской сфере, в рамках официально действовавших благотворительных организаций. Бизнес купцов-хлеботорговцев был очень тесно связан с государственными заказами, в то время пятая часть хлеба закупалась казной. Пожертвования благотворительным организациям, членство в их правлениях, участие в попечительских советах учреждений по законам Российской империи поощрялись орденами и медалями, почетными званиями. Те, кто жертвовал особенно крупные суммы, могли получить потомственное дворянство и даже гражданские чины, соответствующие генеральским. Поэтому в благотворительных акциях участвовали крупные казанские предприниматели всех вероисповеданий – православные, мусульмане, старообрядцы, лютеране, иудеи.
Но и в этой официальной благотворительности у старообрядческих купцов были особенности. Их своеобразной специализацией была помощь больницам, попечительские советы двух городских больниц и земской больницы в Казани состояли, в основном, из старообрядцев. Всем казанцам известна Шамовская больница, построенная на средства купца-федосеевца Якова Филипповича Шамова, она неофициально сохраняла свое название и в советское время.
Крупные пожертвования старообрядцы делали в пользу многочисленных общественных организаций, целью которых была помощь бедным, в том числе и религиозным организациям других конфесссий – Обществу пособия бедным мусульманам, Обществу пособия бедным католического прихода.
При этом старообрядцы, как правило, не участвовали в благотворительной деятельности в сфере образования, их фамилий почти нет в списках попечительских советов гимназий, городских училищ и в правлениях благотворительных обществ при этих учебных заведениях, хотя их дети там и учились.
Не было среди казанских старообрядцев и меценатов, покровителей искусства, при этом в организации промышленных и торговых выставок они активно участвовали.
В этом проявлялись характерные особенности мировоззрения старообрядцев, они старались не поддерживать тех идей, которые находились в противоречии не столько с догматами, сколько с традиционной системой ценностей.
Липаков Евгений Васильевич
К.и.н., зав. отделом образования, науки и культуры Института Татарской энциклопедии АН РТ
